5 января 2006 года

Ворота закрылись. Я в тюрьме. Вот он этот особый запах. Я не раз слышала, что у тюрьмы свой запах, ни с чем несравнимый. Теперь я знаю, какой он. Отвратительный запах тюрьмы. Серый длинный коридор. Никого. Конвойный, сопровождающий меня последние сутки заводит меня в грязную комнату. В ней человек в камуфляже, который оформляет вновь прибывших. Фамилия, имя, отчество, откуда привезли, статья – это то, что ему нужно обо мне знать. -Удачи, - говорит улыбчивый конвойный. -Какая же тут удача, - отвечаю я. -Все равно удачи! Слабо улыбаюсь в ответ. Уже тюремный конвой ведет меня все по тому же коридору. Еще одна комната грязнее первой. -Жди, за тобой придут. Громко, нагло захлопнулась дверь. Я огляделась. Небольшая комната. Окон нет, узкая лавка вдоль одной стены. Стены со свежей побелкой, наверно к Новому году старались. Умывальник и отхожее место в углу. Я в шоке. Сажусь на корточки, чтобы не замараться о побелку и пытаюсь прийти в себя. Интересно, сколько времени прошло с тех пор, как я в этой комнате? Наверно час. Главное выйти из ступора, иначе сойду с ума. Начинаю петь потихоньку: «Ты, Ты осталась одна! Так тебе и надо…» всю песню не знаю, поэтому двадцатый раз пою припев. Пою, а сама думаю про другое, пою и поражаюсь ситуации, да еще так болит тело, так ломит кости, особенно спину и поясницу. Озноб постоянный. Гнет меня, как сволочь. Гребаные наркотики. Тяжело очень, но сейчас уж точно придется перегнуться. Правда не знаю, сколько времени придется терпеть физические мучения. Ну, да время у меня есть. Ситуация, в которой я оказалась, конечно, дрянь, но перегиб, безусловно, к лучшему. Устала колоться. То гнет, то прет. Устала… Три часа прошло… Тишина… Слышно, как вода капает из крана, и как воздух шевелится. Скорее бы за мной пришли. Пусть уже ведут куда-нибудь, только бы выйти отсюда. На тысячный раз измерила шагами всю комнатку, когда дверь,наконец,открылась. -Пойдемте. Симпатичный мусорок повел меня по длинному тусклому коридору. Мы поднялись по лестнице и оказались на улице. В лицо подул сквозной ветер. Меня затрясло мелкой дрожью. Хоть я и старалась, чтобы мои мучения не отражались на лице, но мусорок видимо углядел, что мне плохо и спросил: -Что, будет ломать? -Уже, - ответила я. -И что сильно? – сочувствуя, спросил он. -А что можешь помочь? – пресекла я этот бессмысленный разговор. Он подвел меня к некому сооружению, которое было похоже на вольер в зоопарке, только этот вольер был шириной метра полтора и в длину около восьмидесяти метров. Когда он открыл дверь, я зашагала внутри этого вольера, который, как я позже узнала, называется «запретка», а мусорок пошел рядом с ним.