Верить или не верить в такие обряды, пришедшие из глубины веков- личное дело каждого. Боярчук понял из заклинаний и громких возгласов шамана только одно: было время разбрасывать камни. Приходит время камни собирать… Шаман протянул руки к чёрному, усыпанному звёздами небу и неистово зашептал, раскачиваясь. Михаил вопросительно посмотрел на спокойно курившего трубку проводника, но тот и ухом не повёл. Курил, да смотрел на огонь костра. Так молча они и просидели весь обряд, показавшийся Боярчуку бесконечным. Так, на самом деле прошло не более получаса. Наконец шаман замолчал и приложился лбом к земле. Действо кончилось. Боярчук глубоко вздохнул и представил себе мысленно начальство. Что он представит им в отчёте, кроме превышения финансовых средств? Собственное бессилие? Или предсказания этого старого шамана, который даже не знает сколько ему лет, так как он никогда не имел паспорта и лишь два раза в своей жизни побывал в самом крупном селении, где всего-то полтора десятка домов, а электричество единственный источник достижения прогресса. Тоска несусветная! Одно радовало глаз беспроигрышно: природа. Её девственность, бескрайность и величие, уходившее корнями в вечность успокаивали. Вернее, убаюкивали. В этом и заключалась недоступность к подземным кладовым. Чтобы не трогали землю, не губили её тяжёлой горной техникой, не вырубали тайгу. Огонь в костре постепенно угасал. Шаман исчез в окружающей тьме. Потухла и трубка проводника. Он, наконец, вынул её изо рта, тщательно прочистил тонким прутиком. Боярчук терпеливо ждал вердикта. -Слушай, Михайло, однако. Духи разрешили тебе ковырять горы. Ищи-что ищешь, и найдёшь. Теперь точно найдёшь. Так духи говорят. Ещё духи говорят, что твоя работа даст людям тепло и пищу. Плохие люди тоже воспользуются плодами твоего труда. Они хотят смерти другим. Духи не обманывают, однако. -Это всё, что сообщили твои духи? - разочарованно протянул Боярчук,-немного. Ладно, спасибо тебе. Пойдём спать. Завтра вставать рано. Успокоил, едрёна вошь, однако,- Боярчук стал с досадой сопеть. Проводник не обиделся на передразнивание, но с земли не вставал. Его скрещенные ноги, обутые в мягкие торбаса (тёплые сапоги из оленьего меха) словно вросли в землю. -Найдёшь и потеряешь,-невозмутимо продолжал проводник. Бог дал, бог взял. Так это звучит по- вашему? Боярчук не знал, что и возразить молодому проводнику. Пожелав спокойной ночи, он направился в свою палатку, освещая дорогу «летучей мышью». Через два дня радости геологов не было предела. Залежи урановых руд были найдены. Ещё через неделю все анализы и пробы уже были в Москве. Вот тебе и шаманский обряд задабривания подземных духов! От той памятной встречи остался только кожаный ремешок на руке. Перед вылетом в столицу Боярчук, прощаясь с проводником, спросил, что делать с ремешком? Ответ был просто обескураживающий: не снимать нигде и никогда. Это оберег по жизни. Снимешь его-быть беде. Может быть даже непоправимой… В общих чертах проводник сообщил напоследок так же то, что однажды Боярчука, как специалиста ждёт серьёзное испытание, финал которого тяжёлый, как горный камень и если он не сломается под тяжестью испытаний и бед, то непременно попадёт в рай, так как подземные духи не пропустят его в царство где правят демоны. Михаил Михайлович человек практичный. Потусторонние миры его не волновала вовсе, но ремешок он так и не снимал. Правда, однажды, когда поехал на своей старой «пятёрочке» в баню, на встречу с друзьями, снял ремешок, дабы не объяснятся чего, да как и почему. Корил себя позднее неимоверно. Возвращались в город из области, где у одного из друзей и была усадьба, да попали по пути